Category: история

колодец

Рассеянные математики




 




                                                                           Я люблю рассеянных людей; это верный признак того, что они умны и добры, потому что люди злые и глупые всегда сосредоточены.
                                                                                                                                                          Шарль Линь

       Математика – это поэзия на языке формул и логики. Исследуя коллективное рациональное, она знакомит нас с красотой безупречных рассуждений и бесконечностью. Вот почему многие математики – очарованные странники в фантастическом и причудливом многомерном  мире, в системе координат которого привычные «трехмерные» ценности не имеют значения. Вот почему Григорий Перельман, доказавший гипотезу Пуанкаре, отказался от награды в миллион долларов. Вот почему другой известный математик, Дмитрий Меньшов,  так рассказывал о рождении Московской математической школы: «В 1914 году я поступил в Московский университет. В том году Дмитрий Федорович Егоров и Николай Николаевич Лузин организовали семинарий для студентов, он был посвящен числовым рядам. В 1915 году мы занимались функциональными рядами, а в 1916 году – ортогональными рядами. А потом наступил 1917 год. Это был очень памятный год в нашей жизни, в этот год произошло важнейшее событие, повлиявшее на всю дальнейшую нашу жизнь: мы стали заниматься тригонометрическими рядами». Похоже, он даже не заметил 1-ю Мировую войну и Октябрьскую революцию! В его жизни «тригонометрические ряды» были гораздо важнее…
            Оторванность от жизни математиков, их неслучайные блуждания в чудесном фрактальном саду расходящихся рядов тропок идут рука об руку с рассеянностью. И это неудивительно. Самая точная из наук требует огромного сосредоточения, не оставляющего порой ни времени, ни сил, ни, главное, желания на борьбу с заурядными житейскими обстоятельствами, не говоря уж про всяческие прочие свинцовые мерзости жизни. Безобидная для окружающих рассеянность математиков (характерно, что представители этой науки пострадали от сталинских репрессий менее других ученых) давно стала притчей во языцех и предметом добродушных насмешек. Вот как, например, изобразил студента-математика на дореволюционной открытке талантливый художник-карикатурист Владимир Кадулин.

студент-математик

       Не сомневаюсь, что памятный всем с детства рассеянный с улицы Бассейной был списан Маршаком со знакомого математика. Да вы посмотрите на классическую иллюстрацию к этому стихотворению, чтобы развеять последние сомнения!-))

Рассеянный

       О рассеянности математиков можно писать тома, и когда-нибудь я еще вернусь к этой увлекательной теме (кстати, если у вас есть занятные истории, присылайте). Пока же ограничусь двумя «рифмующимися» историями из 4-го и, соответственно, 5-го (готовится) изданий моей книжки «Математики тоже шутят» (вторая из них рассказана профессором мехмата МГУ В. М. Тихомировым).

Логичное следствие

Рассеянность Давида Гильберта, выдающегося немецкого математика, вошла в анналы истории науки. Один из его учеников вспоминал такой случай.

Однажды Гильберт с женой готовились к приему гостей. Супруга попросила математика сменить галстук, который ей не нравился. Прибыли гости, но Гильберт не появился. Отправились искать его и наконец обнаружили крепко спящим в кровати. Оказалось, что сняв галстук, он автоматически продолжил раздеваться , снял рубашку, брюки, надел пижаму и лег в постель!

 

Математик идёт с женой в театр

Лазарь Аронович Люстерник (известный советский математик, 1899-1981) женился в середине тридцатых годов. Жену его звали Ираида Фоминична. Это была строгая женщина. Сначала все как-то весело восприняли новость о женитьбе Лазаря, но познакомившись с женой, шутить перестали.<…>

Ираида Фоминична не требовала, не просила, не умоляла - она ПОВЕЛЕВАЛА. Иногда словом, чаще - взглядом. И ослушаться было невозможно.

Мужа она в разговоре называла ОН. При этом, как правило, объяснялось, что ОН делал что-нибудь не то или не так.

Один раз она повелела сводить себя в театр. В Большой театр. Сказано - сделано. Открылся занавес, и Ираида Фоминична стала наслаждаться искусством. А Лазарь Аронович продолжал думать о некоторых проблемах нелинейного анализа.

В антракте Ираида Фоминична дала распоряжение  мужу спуститься в гардероб и принести ей платок, который почему-то остался в кармане его пальто.  Лазарь Аронович вынул свой номерок и пошел выполнять поручение.  Он усвоил первую цель - надо идти в гардероб. Но пока он шёл туда, продолжая думать о проблемах нелинейного анализа, вторая цель - платок - как-то растворилась в его сознании. Он дошел до гардероба с номерком в руке и отдал его гардеробщице. Она принесла ему пальто. Он машинально его принял, оделся, вышел на улицу, взял такси и оказался дома.

Дома жены не было. Это его не удивило: ведь она собиралась в театр... Он поразмышлял еще над своими проблемами, дело не пошло, и он прилёг на диван.

Ираида Фоминична весь второй акт сидела, как на иголках. Где ОН? Что случилось? Случился приступ? Отвезли в больницу? Едва дождавшись антракта, бедная женщина побежала в гардероб, бурной атакой добыла пальто без номерка (в ярости она сметала все препятствия), взяла такси и примчалась домой,  к телефону, чтобы звонить в больницы, в милицию, в морг..., но тут она обратила внимание на свет в гостиной. Рванулась туда ...

На диванчике, в своём парадном костюме, не сняв ботинок, сном праведника спал ОН.






колодец

(no subject)


Эстет ест естественно. 




Прим,  Эта "эстетская" фраза - пример заикалочки, то есть такого, как будто "заикающегося" текста, в к-м повторяются подряд несколько (обычно не менее трех) сходно звучащих фрагментов. Хрестоматийная заикалочка была придумана где-то в 70-е годы прошлого века Д. Згерским: Весь в клопах пах пах Пахмутовой. Еще пример: Обитатели трущоб об обобществлении мечтают. (Н. Байтов). А вот здесь большая подборка старых и новых заикалочек: drugpolushar.narod.ru/ZAIKALOCHKI02.htm